November 7th, 2016

"Великая" революция. К дате...


Может ли революция быть "великой", подходит ли ей такое определение? Если это слово может стоять рядом с названием какого-либо грандиозного по масштабам катаклизма, то, пожалуй, ответ будет положительный. По этой логике была великой французская революция 1789 года. Впрочем, её так и называют, ту, первую, горькую революцию, с которой во многом брали пример другие революционеры, ещё более жестоковыйные - большевики. Ужас же революции в том, что при всём её однозначном зле, события развиваются таким образом, что она становится абсолютно, совершенно неминуема. Извините за избитое сравнение, но это именно так - малейшее сотрясение воздуха может разбудить снежную лавину и вот уже она несётся, разрушая всё на своём пути, захватывая в свой вихрь всех подряд, всех, кто имел несчастье оказаться у неё на пути.

Удивительно похожи предреволюционные события во Франции и в России, хоть и разделяет их дистанция почти в полтора столетия. Ведь в обеих случаях был шанс избежать большой крови - всё что требовалось от национальных элит, лишь малая толика здравого смысла и инстинкта самосохранения.

В предреволюционной Франции, как и потом, в России, интеллигенция жаждала перемен, о которых говорили все и везде, плоть до аристократических салонов. Король, толстый увалень, человек, по сути своей, весьма добродушный, служил предметом насмешек всех слоёв общества, а его жена, "австриячка" была объектом ненависти народа. Как они хотели, как призывали революцию все эти адвокаты, буржуа, журналисты, писатели, не ведая ещё, что ожидает их самих, когда она, столь желанная, наконец придёт. Но, снова повторю, всего этого было бы легко избежать, дай король равные права третьему сословию, то, на что последнее, в принципе, и рассчитывало, собираясь на Генеральные штаты, которые на тот момент не созывались уже более полутора веков. Но король так и не решился на это, да и не собирался вовсе. Тогда, депутаты от третьего сословия провозгласили себя Учредительным собранием. Через три дня, явившись в зал заседаний, депутаты обнаружили его дверь запертой, с приставленным к ней караулом, — по королевскому приказу (не связанному, впрочем, с политикой: у короля был траур по сыну, умершему накануне от туберкулёза). Не зная причин запрета и опасаясь начала репрессий, 577 депутатов во главе с Байи собрались в близлежащем зале для игры в мячи там торжественно поклялись не расходиться и собираться всюду, где потребуют обстоятельства, до тех пор, пока не будет создана и утверждена на прочных основаниях конституция королевства. Все были в состоянии эйфории, все поздравляли друг друга, как и потом, в феврале 17-го, в России, будут поздравлять врачи и адвокаты, депутаты Думы и все, кто так призывал революцию.

Да, революцию. Ибо, когда до Людовика дошли сведения о взятии Бастилии, он воскликнул: "Но это же мятеж!". "Нет, ваше величество, это революция", -ответили ему приближённые. Как будут петь полтора века спустя, "нет у революции конца". Процесс пошёл по нарастающей и вот уже вчерашние друзья, прийдя во власть, вцепились друг другу в глотки. Нет, они, разумеется, не преминули расправиться с теми, против кого и была устроена революция - тысячи и тысячи дворян, тех, кто не успел бежать, отправились на гильотину. Были казнены несчастный король и королева. Но разделавшись с "классовыми" врагами, революционеры принялись друг за друга. Был казнён примкнувший к революции брат короля, бывший герцог Орлеанский, голосовавший за его казнь. Всё-таки, что ни говори, есть некая высшая справедливость, когда за подлость воздаётся руками таких же подлецов и убийц.

Практически все те, кто начинал революцию в 1789 году умерли на гильотине под радостные крики толпы. Кстати, ещё одна особенность революции - праздник черни, руками которой наиболее фанатичная часть революционеров вершит свои дела, натравливая на тех, кто подлежит уничтожению. Многие противники режима, или те, кого якобинцы почитали таковыми даже не дожили до эшафота, отданные на растерзание толпе. Но, повторю, вслед за жертвами революционного террора, под каток попали те, кто эту революцию начинал. Робеспьер отправил на эшафот всех своих вчерашних друзей и соратников, начав с недостаточно, по его мнению, революционных жирондистов и, заканчивая своим однокашником Демуленом. Кстати, тогда же случилось одно трагикомическое происшествие - один из скрывавшихся в провинции жирондистов был выдан трактирщиком. Каким образом? Тот углядел у несчастного в руках томик Плутарха. Сами посудите, какой сознательный гражданин будет разгуливать с Плутархом под мышкой. Жирондист был сдан властям, как подозрительный и разделил судьбы своих товарищей.

Франции, в каком-то смысле, повезло больше - у неё оказался Наполеон, в конечном счёте, спаcший страну от революционного кошмара и последовавшего за ним термидорианского беспредела. У России не сложилось. Казалось, они там делали всё, чтобы её приблизить. Лодку раскачивали все - сверху аристократы, не желавшие уступать ни в чём, снизу - революционеры, как чёрт ладана боящиеся любых реформ сверху, ибо это выбивало почву у них из-под ног. Потому, совместными усилиями и убили наиболее вменяемого императора за всю российскую историю - Александра 2-го, заменив его на не желавшего идти ни на какие уступки Александра 3-го.

А ведь и в России, как и во Франции, можно было избежать революции. Можно было сохранить монархию одним единственным способом - её ограничив, сделав правительство подотчётным Думе, то, на что царь, на беду свою, так и не решился.

Ужас ещё и в том, что интеллигенты, так радовавшиеся Февралю, сами, по сути, отдали власть в руки большевикам, сначала, согласившись, допустив двоевластие, а затем, убоявшись выступления Корнилова, пытавшегося навести порядок во взбесившейся стране, а потому, пошедших на поклон всё к тем же большевикам. Вот и случилось то, что случилось, то, что некоторые по сей день называют великой революцией - величайший исторический катаклизм, последствия которого мир расхлёбывает и по сей день. Такая вот особенность у революций - расползаться зловонной опухолью вовне, ибо, ограниченная территориально она не может существовать. Корни всего, что случилось в 20-м веке, следует искать в Октябрьском перевороте - все войны и кризисы. И здесь тоже проявилось сходство двух революций - французы тоже организовывали свои освободительные походы.

Советский Союз издох, не выдержав соперничества с нормальным, цивилизованным миром, издох, даже вопреки воле большинства его населения, просто, в силу своей полной экономической несостоятельности. Издох, перед этим, явив миру за исторически короткий период своего существования пример, как нельзя, как не должно быть.

Мир знал две "великие" революции. Но если память о первой сохраняется лишь на страницах книг, то последствия второй будут ещё долго сказываться в нашем мире. И сегодня, 7-го ноября, на улицы городов мира, России прежде всего, вышли тысячи людей под красными знамёнами, ничего так и не поняв, а главное - не в состоянии понять. Идея, увы, жива. Жива ещё и потому, что нынешний российский режим - последыш советского, его плоть от плоти, что его нынешние вожди даже не скрывают. А потому, пока этот режим существует, пока есть это государство, выросшее из дедовских портянок, будет литься кровь. Везде, куда они сунутся, а планы у них, надо понимать, всё ещё обширные. Грузия, Украина, Сирия, далее везде... Если только их не остановить.
Но Карфаген должен быть разрушен. Carthago Delenda Est.